В 4 т. Т.1-4 и алфавитный указатель. М.: Т-во Скоропечатни А.А. Левенсон, 1912-1913.
Т.1 .А-Г - 1912. [4], VIII c., 372 стлб., VIII, [2] с.: СXXXIX л.ил. (с 1 по 139, 139 л.ил.)
Т.2. Д-Л - 1913. 373-662 стлб., VIII c.: СXL-CCXLVI л.ил. (со 140 по 246, 108 л.ил.)
Т.3. М-П - 1913. 663-986 стлб., VIII, [2] c.: CCXLVII-CCCLXVa л.ил. (с 247 по 365а, 121 л.ил.)
Т.4. Р-Ф - 1913. 987-1224 стлб., VIII, [2] с.: СССLXVI-CDLXXXIII л. ил. (с 366 по 483, 125 л.ил.)
Алфавитный указатель - 1913. 142 стлб. 37,5х27 см.
В специально изготовленных цельнокожаных переплётах, повторяющих издательские. В очень хорошем состоянии.
Крупнейший российский коллекционер Алексей Викулович Морозов (1857–1934) собирал фарфор, серебро, иконы и гравированные портреты. Последние и составили роскошное издание, предлагаемое вашему вниманию. «Каталог русских портретов» Морозова –второе на русском систематизированное описание портретов после «Подробного словаря русских гравированных портретов» (1886) Дмитрия Ровинского (1824–1895), к 1910 гг. ставшего библиографической редкостью. Дмитрий Александрович лично «благословил» Морозова на продолжение его «маленького дела». Составляя описания, Алексей Викулович полностью следовал рекомендациям, разработанным Ровинским. Издание посвящено памяти выдающегося коллекционера.
Превосходная коллекция портретной гравюры, лубочных портретов и литографии Алексея Морозова к 1912 году насчитывала около 10 тысяч листов. Четырёхтомный каталог содержит более 8 тысяч описаний и 480 таблиц со снимками 1113 портретов. Журнал «Русский библиофил» в рецензии на каталог написал: «Собрание русских гравированных портретов А.В. Морозова в Москве является в настоящее время несомненно первым в России, как по количеству, так и по редкости листов».
Сам Морозов понятие «редкости» считал относительным, однако придерживался устоявшихся в кругах коллекционеров мнений: все русские портреты до 1697 года – редкость, все гравированные за границей портреты Петра I – очень редки, все портреты немецкого гравёра Г.Ф. Шмидта и его учеников – в хорошем качестве редки, офорты Виктора Боброва и резцовые гравюры Ивана Пожалостина с портретами – редки, а некоторые очень ценны и так далее.
Портреты Морозов предпочитал покупать не поштучно, а большими партиями. Начало его коллекции положили портреты, собранные московским купцом Василием Анисимовичем Тюляевым (1828–1889). У Тюляева, в свою очередь, было свыше тысячи листов из собрания библиографа и библиофила Григория Николаевича Геннади (1826–1880).
В 1895 году коллекцию Василия Тюляева выставили на торги: часть её приобрёл Алексей Морозов, сохранивший целостность собрания, а часть – московский книгопродавец Владимир Готье, который стал распродавать портреты поштучно.
160 редких тюляевских листов через Готье пришли к офортисту Николаю Семёновичу Мосолову (1847–1914). В 1897 году он продал их Морозову вместе с частью графической коллекции Петра Ефремова. Литературовед Пётр Александрович Ефремов (1830–1907) начал распродавать свою коллекцию задолго до своей смерти. Одним из его покупателей был эстампный магазин петербургского антиквара А.А. Фельтена, оказавший А.В. Морозову неоценимую помощь в формировании собрания. Благодаря Фельетону, к Морозову попали не только листы П.А. Ефремова, но и портреты, принадлежавшие Э.К. Чапскому, Ю.Б. Иверсену и Д.И. Толстому.
![Памук, О. [автограф] Музей невинности](/upload/resize_cache/iblock/6c3/egnf5r6zh56cyr110hfc3bwkwdfpzx5h/306_367_1/pamuk_o_avtograf_muzey_nevinnosti.webp)
![Блохин, О.В. [автограф] Гол, который я не забил](/upload/resize_cache/iblock/de9/ytfcaemm8dha6jj65hi7em8pzwr39qt8/306_367_1/blokhin_o_v_avtograf_gol_kotoryy_ya_ne_zabil.webp)