- СПб.: Кн-во «Прометей» Н.Н. Михайлова, 1914.
241, [16] с.: 1 л.фронт. 20х14,5 см.
В специально изготовленном полукожаном переплёте. В очень хорошем состоянии.
Первый футуристический манифест в России появился в 1911 году. «Пролог. Эго-футуризм» Игоря Северянина сформулировал принципы течения спустя почти десятилетие с момента его возникновения, пусть тогда выраженного едва заметными художественными поисками. Ещё через год Маяковским, Бурлюком, Хлебниковым и ещё несколькими поэтами-футуристами был издан манифест «Пощёчина общественному вкусу», окончательно задавший тон русскому искусству на ближайшие 10-15 лет. Этот тон не в полной мере соответствовал риторике бунтующих художников кисти и слова. После периода 1914–1917 гг., когда сначала течение истощило себя, а затем была установлена советская власть как кульминация этого бунта в масштабах страны, многие причастные к футуризму деятели культуры пошли своей дорогой. Эти пути приводили их к самым различным итогам – эмиграции, самоубийствам, тюремным заключениям, вынужденному приспособлению к возникающим строгим канонам соцреализма.
Однако из всех футуристов, включая европейских, практически единственным, кто до конца следовал избранным идеям, был Филиппо Томазо Маринетти (1876–1944). Напечатав в 1909 году во французской газете «Le Figaro» свою статью «Обоснование и манифест футуризма», он с этого момента непрерывно писал как в прессе, так и в политической прозе о своих радикальных воззрениях на «дивный новый мир». Хоть русские последователи течения и пригласили его в 1914 году выступить в России, многие философы, литераторы и публицисты осуждали его чрезмерную тягу к разрушению. Если в «Пощёчине общественному вкусу» были высказаны права поэтов на самоопределение и сопротивление устаревшим канонам, то Маринетти высказывал право людей убивать в войнах и разрушать библиотеки и музеи. В этом он видел тотальную общественно-культурную революцию, ту, которую большинство футуристов пытались реализовывать в печати, театре и публичных выступлениях.
В 1918 году поэтом была создана его собственная политическая партия, которая уже через 2 года объединилась с партией Муссолини. Маринетти тесно сотрудничал с последним, в 1920-х гг. он стал одним из идеологов итальянского фашизма, через который смог воплощать многие из своих граничащих с мизантропией тезисов. В 1931 году Маринетти опубликовал ещё один манифест, провозглашавший новое течение его авторства – аэропоэзию. Едва ли не единственной основополагающей её ценностью являлся технический прогресс, кульминацией которого итальянец видел самолёт. Примерно в то же время в СССР начинает пресекаться любое художественно-новаторское мышление. Распадаются ЛЕФ и РАПП, объявляется борьба с формализмом, в рамках соцреализма устанавливаются строжайшие границы для творчества. Судьба Маринетти, как было упомянуто выше, продолжила идейную линию всей его жизни – он был ранен под Сталинградом, сражаясь за Итальянский экспедиционный корпус, и вскоре умер от остановки сердца.
![Новиков, А.А. [автограф генералу Штеменко] В небе Ленинграда. Первое издание](/upload/resize_cache/iblock/1d6/qhduld4iir0sdrgfbh215tqgslm8n5fc/306_367_1/novikov_a_a_avtograf_generalu_shtemenko_v_nebe_leningrada_pervoe_izdanie.webp)
