По подлинным документам издал М.Е. Салтыков (Щедрин)
- СПб.: В типографии А.А. Краевского, 1870.
[4], 248 с. 22,5х15 см.
В специально изготовленном цельнокожаном переплёте. В очень хорошем состоянии.
Прижизненное издание.
Замыслы «Истории одного города» возникли у Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина ещё в конце 1850-х гг.: к этому времени относится и дебютная книга писателя «Губернские очерки» – в ней он уже начал подступать к мрачной сатире «Истории одного города».
Непосредственно над произведением Салтыков-Щедрин работал в 1869–1870 гг., параллельно с «Помпадурами и помпадуршами». План книги постоянно менялся, даже когда публикация отдельных очерков уже началась в журнале «Отечественные записки». Журнал, в редколлегию которого входил Салтыков-Щедрин, был единственным изданием в России, где такое острое произведение могло быть опубликовано. Но и в «Отечественных записках» будущее произведение подверглось жесточайшей цензуре и критике. Алексей Суворин в своей рецензии «Историческая сатира» обвинил Салтыкова-Щедрина в глумлении над русским народом и искажении фактов русской истории, не проникая в глубину замысла и суть художественного своеобразия произведения. Иван Тургенев, напротив, назвал книгу замечательной и полагал, что в ней отражена «сатирическая история русского общества во второй половине прошлого и начале нынешнего столетия», а Салтыкова-Щедрина он сравнил со Свифтом.
Многие современники восприняли «Историю одного города» как сатиру на историю Российской империи, хотя в сущности, оно является сатирой только на её государственный строй. Сам Салтыков-Щедрин писал: «Если бы я действительно писал сатиру на XVIII век, то, конечно, ограничился бы «Сказанием о шести градоначальницах».
Образы глуповских градоначальников во многом показывает и исторических правителей России: так, «Сказание о шести градоначальницах» содержит аллюзии на Анну Иоанновну, Анну Леопольдовну, Елизавету Петровну и Екатерину II и их приход к власти путём дворцовых переворотов. В романе большое количество «пародий» и на других исторических деятелей: Павла I, Петра III, Михаила Сперанского, графа Аракчеева и многих других. Например, Бородавкин стремлением к проведению реформ, направленных на просвещение, напоминает Петра I. В образе Беневоленского угадывается Сперанский, в Грустилове – Александр I. В образах Угрюм-Бурчеева и Перехват-Залихватского современники могли узнать Аракчеева и Николая I.
В «Истории одного города» Салтыков-Щедрин высмеивает и пародирует стиль официальных документов и летописей. Например, сцена, в которой Головотяпы тонут в болоте, комментируется фразой «многие за землю свою поревновали». Он также создает впечатление ненадёжности повествования, переходя от одного стиля к другому: сцены насилия часто написаны в стиле реалистического романа, но затем Салтыков возвращается к «елейным тонам летописца» – суровый реализм сменяется фантастическими сюжетами.
![Новиков, А.А. [автограф генералу Штеменко] В небе Ленинграда. Первое издание](/upload/resize_cache/iblock/1d6/qhduld4iir0sdrgfbh215tqgslm8n5fc/306_367_1/novikov_a_a_avtograf_generalu_shtemenko_v_nebe_leningrada_pervoe_izdanie.webp)
